Анатолий Сиваев: Мы тебя помним, СССР

Знакомство в поезде

Со своим попутчиком я познакомился в канун Нового года, 30 декабря: возвращались из Москвы в Белгород и оказались в одном купе.

— Велимир, — представился он. — Можете называть Владимиром. Меня так многие зовут. А Велимир означает «великий мир».

— Вы серб?

— «Сборный», — добродушно засмеялся он. — Мама Бранка Костич родилась в Белграде. Отец Анджей Замойский родом из Вроцлава, но жил и работал в Сербии. А я — русский.

Моё недоумение Велимир тут же развеял.

«В 70-х годах наша семья переехала в Воронеж к родственникам отца. Мне было тогда 11 лет. И с тех пор я считаю себя истинно русским человеком, хотя по документам — поляк. Так что у меня целых три родины. В совершенстве владею тремя языками».

Разговорились. Велимир оказался приятным, контактным, добрым и интересным собеседником. Кандидат технических наук. Заведующий лабораторией бродильных производств и виноделия.

А поскольку и моя сфера деятельности связана с технологией консервирования и пищеконцентратов, то разговор задался с первых минут.

Мы говорили о технологических процессах, качестве продукции, сроках хранения, новых научно-технических достижениях и открытиях в этих областях. Получилось что-то вроде мини технического совета. А потом Велимир вдруг спросил:

— А знаете, что сегодня за день?

Я искренне удивился.

— Сегодня день образования СССР, — продолжил он. — Ведь мы, наше поколение, вышли из той страны, которой, к сожалению, уже нет. Какое это было спокойное, счастливое и чудесное время. Вы согласны?

Исторические и культурные связи

И тут наш техсовет плавно перешёл в эмоциональное состоя­ние, связанное с открытой тоской по тем временам. К тому же Велимир оказался неплохим знатоком истории.

«Ещё с момента Крещения Руси сербы и русские испытывали симпатии друг к другу. Наши народы никогда не воевали по разные стороны баррикад. Россия всегда старалась быть защитницей сербского государства и оказывала материальную и военную помощь. Особенно укрепились русско-сербские контакты в XVIII веке, когда в Сербию по просьбе местных священников прибыл с просветительской миссией Михаил Суворов, выпускник Славяно-греческой академии. И Сербия, будучи уверенной в поддержке России, твёрдо отстаивала свои интересы и развивала перспективные планы своего становления. Но этот симбиоз приносил пользу и России. При помощи Сербии она реализовывала свои стратегические планы как на Балканах, так и в Западной Европе в целом».

Велимир продолжал.

«Советский Союз дал мне образование, путёвку в большую жизнь, любимую работу и научил её выполнять достойно и с честью. И я в большом и неоплатном долгу перед этой могучей страной и её преемником — Россией. А сербы — люди благодарные и с хорошей памятью. Труд для меня — источник единственного и подлинного счастья».

Я слушал Велимира и не перебивал. Мне было приятно, что человек другой национальности воспитан в духе русского патриотизма, так горячо и благодарно говорит о моей стране, считает себя русским на все сто и так же ностальгирует по ушедшей эпохе СССР.

Да, Советский Союз был страной многонациональной, где проживали около двухсот наций, народностей, этнических групп. Я помню времена СССР, когда мы дружили, не обращая внимания ни на цвет кожи, ни на разницу в культуре, ни на различие в языке. Нам и в голову тогда не могло прийти, что на Украине появится фашистский запрет на русский язык, литературу, культуру, музыку, православие. Мы совместно развивали хозяйство, обменивались опытом, обогащали друг друга знания­ми, духовными особенностями. Многонациональные отряды молодых людей осваивали необжитые просторы Севера, Сибири, Дальнего Востока, Северного и Южного полюса. Поднимали целинные земли Казахстана, Оренбурга.

Общая Победа

Мы не имели такого материального достатка, как сейчас, но мы были богаты духовно. Отсутствовала зависть, негатив к тем, кто поуспешнее. С песнями и шутками шли на общее дело, будь то субботник или помощь колхозу в уборке урожая. И не требовали за это оплаты. Была у каждого цель, стремление к совершенству своих планов, надежда на счастливый завтрашний день. Не было угрозы войны. А это самое главное из всех завоеваний Советского Союза.

«Дружба народов СССР выдержала проверку гитлеровским нападением. И перед общей бедой люди стали одним целым: в окопах, у станков, в поле. Когда враг стоял у ворот Москвы, плечом к плечу стояли насмерть представители всех национальностей, — Велимир словно перед большой аудиторией чеканил каждое слово, стараясь донести его до каждого слушателя».

Я внимательно слушал.

«Они проявляли чудеса героизма и не жалели собственной жизни ради Победы. Этот патриотизм был подлинно массовым. В борьбе с гитлеровской армией погибли семь моих родственников как со стороны мамы, так и со стороны отца. Родители воспитывали нас, детей, на примерах подвигов советских людей, в любви и заботе к России и её народу. И наш долг, потомков тех героев, — чтить их память, помнить о подвигах и рассказывать своим детям. Вместе мы защитили общее Отечество от иностранных захватчиков. Герои мужественно сражались, погибали и защищали. Эта дружба скреплена веками и кровью. И её плоды сейчас налицо. Пример тому я опять называю СВО. Там армия тоже многонациональная сражается и побеждает. Среди героев СССР и Героев РФ есть русские, белорусы, украинцы, буряты, татары, поляки, чеченцы, дагестанцы, и этот список очень-очень большой».

Как истинно русский человек Велимир уже более спокойно продолжил, глядя в окно.

«Дружба народов — это большое и серьёзное завоевание. И пока она существует, народы нашей страны свободны и непобедимы. И никто нам не страшен, ни заоконные или европейские враги, ни санкции, ни мнимая изоляция. Поодиночке нас разобьют и уничтожат, а вместе мы — сила».

Взгляд в прошлое

Велимир надолго замолчал, всё так же неотрывно глядя в окно, где проносились навстречу покрытые снегом поля, деревья, дальние селения. Молчал и я, не хотелось нарушать внутренний мир собеседника. Его помыслы и душа были сейчас где-то далеко за горизонтом прожитых лет. Там, в стране радости, детства, надежд, любви и полной гармонии со всем миром.

И я не ошибся.

«Я с благодарностью и ностальгией вспоминаю то время, — нарушил затянувшееся молчание Велимир, — у меня было много друзей, знакомых. Все они заняли достойное место в жизни. Есть кандидаты наук, директора предприятий, военные, конструкторы и даже один писатель. С некоторыми мы встречаемся, правда, хотелось бы это делать почаще, но не получается. Вспоминаем свою молодость, песни у костра под гитару, учёбу в вузе, поездки в колхоз на уборку картошки, первую любовь. А ещё мы помним своих родителей. Молодых, весёлых, очень красивых, влюблённых друг в друга. Помним дедушек и бабушек, безмерно счастливых, когда внуки все разом нагрянут в гости на каникулы. Деревня прыгала, гудела, пищала целыми днями от детской беззаботной возни. С трудом бабушка загоняла на обед. Наскоро похватав блинчиков с творогом или лоснящихся, отпотевших от собственного тепла румяных пирожков со свежим мёдом, мы опять скорее на улицу. К концу летних каникул мы были чернее земли от загара и местной пыли. Мама неделю отмывала в ванной шампунем и суровой мочалкой. А как радовалась мама новому модному пальто, дай бог достать, импортным сапогам или туфлям. Новой покупкой женщины делились друг с другом и радовались, как дети. А ещё папа любил делать нам сюрпризы. Покупал какую-нибудь красивую вещь, и утром мы её обнаруживали у своей кровати. „Это Карлсон подарил за хорошее поведение“, — шутил он. И мы старались вести себя прилично, чтобы получить желаемую игрушку. А достать тогда хорошую вещь было не так-то просто. Зато радости было на несколько дней вперёд. Мне особенно запомнился день, когда папа подарил маме золотые серёжки на юбилей их свадьбы. Мама ходила счастливая, просто сияла от радости и немножко хвасталась таким подарком всем друзьям и коллегам. Разве такое можно забыть. Это же память на всю жизнь. Такое уже никогда не повторится».

Велимир опять замолчал. Лишь стук колёс нарушал неловкую тишину. Мы думаем каждый о своём. СССР был у всех, но для каждого из нас остался особо памятным и очень близким, как родной человек, ушедший в мир иной, но не забытый.

«А ещё помню свой первый велосипед, — словно очнувшись ото сна продолжил Велимир. — Как он ослепительно сиял свежей краской. Это был подарок дедушки Яна. Завидовал весь двор. Ребята просили покататься, и я великодушно позволял, но не всем сразу. Мы всем двором играли в прятки, в войну, в разбойников и не замечали течения времени. Казалось, такое счастье и благодать будут вечны. Но увы. Мы росли, росли и наши проблемы и заботы. Неизменной оставалась уверенность в завтрашнем дне, что будет солнце, мир и спокойствие, новые открытия. Обзавелись семьями, и уже наши дети так же беззаботно резвились на детских площадках. Правда, свободного времени оставалось всё меньше и меньше, а проблем всё больше и больше. Вот уже и родителей нет среди нас. Но в своих детях я узнаю дорогие черты мамы, дочь очень похожа на неё. А манеры и поведение сына до боли схожи с папиными. Словно они вернулись к нам издалека, и теперь начинаешь понимать, как много не додал своим родителям тепла, заботы, люб­ви, ласки, нежности. Где-то был невнимателен к маме, не заметил, что она прихворала. Ненароком обидел папу, когда он старался подсказать, как нужно поступить в сложной ситуации, не оценил его жизненного опыта».

Тяжело слушать такую исповедь уже далеко немолодого человека. А ещё труднее осознавать, что такой грех есть у всех нас, нерадивых детей.

Возрождённая Россия

Отпив глоток давно остывшего чая, Велимир вернулся к прер­ванному разговору.

«Но как-то незаметно и упорно приближалось лихолетье 90-х годов. Сумрак неопределённости надвигался на страну. В городах всё чаще и чаще раздавались выстрелы, и очередной авторитет отправлялся на покой. Страх и тревога за детей, близких, друзей, за будущее повисли в воздухе. К пустым полкам нам не привыкать, а от регулярных автоматных очередей как-то отвыкли. Отечественная война понемногу забылась, а тут такое творится. Пришла свобода, но не та, за которую сражались наши деды. Это была свобода разгула преступности, воровства, возникновения военных конфликтов в стране. Да вот только враги забыли о существовании мифологической долгоживущей птицы, которая сумела возродиться после своей гибели. Эта птица Феникс и стала нашим ориентиром и добрым примером в стремлении к возрождению. Медленно, мучительно, преодолевая трудности и лишения, Матушка Россия поднималась с колен и расправляла свои могучие плечи. После предателей, воров, бандитов к власти пришли настоящие грамотные, смелые руководители во главе с Владимиром Путиным. Присмирел и заметался Запад, захлебнулись злобой и ненавистью США. Однополярный мир рухнул. И теперь уже никто и никогда не победит нашу страну. А развязанная Западом и США война на Украине приведёт к гибели своих хозяев. Рухнет ЕС и НАТО. А тот самый Запад заискивающе и смиренно приползёт к России. Да они уже и готовятся к этому. Риторика другая стала, и прозрение наметилось. Это говорю я — телом серб, душой поляк, сердцем россиянин. А Советский Союз мы помним и любим. А дружба народов будет порукой. Помните: «без друзей меня чуть-чуть, а с друзьями — много».

Анатолий Сиваев, доктор технических наук